Антон Успенский
(отредактированный вариант статьи опубликован в альбоме «Пен Варлен. Офорты» С-Пб, 2007)
Существует традиционный корейский ритуал – способ предсказания жизненного пути для ребенка. В первый день рождения, который отмечается как большое событие, устраивается праздник. Самые различные предметы: домашняя утварь, инструменты, орудия охоты и рыбной ловли, деньги, книги, посуда с едой раскладываются и расставляются перед младенцем. И он тянется к тому, что, по примете, должно определить его будущую жизнь. Годовалый Варлен потянулся и взял в руку кисть для рисования… Слишком красивая история эта оправдывает себя тем, что она правдива. И такое вступление удобно использовать для объемной монографии о художнике. Однако, этот альбом – не монография, его сюжет задан не традиционной спрямленностью и последовательностью изложения, он выстраивался иными, не столь очевидными закономерностями и появлялся в результате поиска сущностного, скрытого стиля мастера. Такого, который остался в глубине документально закрепленного, «объективно» утвержденного биографическими сведениями образа художника и характера его произведений.Пен Варлен не обманулся и не ошибся, – однажды взяв кисть, он из своих рук ее так и не выпустил. В целом, если такое обобщение возможно, жизнь этого художника, чье творчество принадлежит к 1950–80 годам, прошла без ошибок. Без трагедийных исканий в молодости, желаний переменить однажды обретенное в зрелые годы, и мучительных сожалений поздних лет. Одна из главных причин тому, как мне видится, – союзность со своим временем. Художник не подвергал ревизии доставшийся ему отрезок истории, не отказывался от «условий задачи», и время отвечало ему взаимностью. Пен Варлен жил и работал в предлагаемых обстоятельствах, и жил, насколько это было возможно, счастливо. По крайней мере, без пресловутых художнических рефлексий. Он не ушел во внутреннюю эмиграцию, как, например, Владимир Волков; не разделил творчество между заработком и вдохновением, как многие, вынужденно кормившиеся преподаванием; но и не поддался искушениям карьерного пути зрелой советской эпохи, как успешные «академические генералы».
Комментариев нет:
Отправить комментарий